Сеанс Воланда в Калуге

Гастроли профессора черной магии Воланда на сцене Арены КТЗ, как в «Варьете» 80 лет назад, прошли с шумным успехом. Московский театр имени Михаила Булгакова показал историю Мастера и Маргариты без паточной романтики и пафоса.

Театр ставит пьесы автора «Дней Турбиных», Даниила Хармса, Венички Ерофеева, поэтов Серебряного века прямо в том самом доме на Большой Садовой! Немудрено, что сцена превратилась в модель Вселенной с червоточинами, по Хокингу.

Авторы спектакля избежали главной ошибки — они не стремились объять необъятное, а лишь коснулись сцен романа, как ласточка на лету — речной глади. Поэтому весьма динамичное действие не кажется перегруженным. Не напрасно спектакль живет уже больше двадцати лет. Постановщик (Сергей Алдонин) вначале исполнял роль Фагота-Коровьева, теперь играет главаря.

Первый импульс к созданию образа сатаны дала Булгакову опера Шарля Гуно «Фауст», которую Михаил Афанасьевич любил слушать со времен своего благополучного киевского детства.

Черные одежды Мессира — это перекличка с образом Мефистофеля, созданным Федором Шаляпиным. Во время бенефиса в Киеве его герой предстал перед зрителями «одетым в черный, дивно облегающий гибкую фигуру плащ на оранжевой, огненной подкладке».

Главными действующими лицами была банда Воланда, блестяще сыгранная атлетичными, острохарактерными артистами. Сам Мессир предстал в истинном свете. Он не величавый падший ангел, а самый настоящий черт с каркаюшим голосом. Периодически переходя на местечковый одесский акцент и воровскую феню, он ярко показал пахана. Конечно, «авторитет» «терпеть не может Пушкина».

Мессир внимательно читает газету «Правда» за тот самый злосчастный майский день. Поэтому он подкован в местной обстановке. «Хорошо стучите, товарищи!» «Партия поставила, вот и стучим»,- ответил представитель вечно живой профессии сексотов. Зал понимающе грохнул хохотом.

Сергей Алдонин родился в Ленин-граде в семье физиков, наверное, поэтому разъяснения про пятое измерение пространства звучали так убедительно. Окончив с отличием мастерскую Марка Захарова, артист и режиссер театра и кино весьма востребован. Калужане могут помнить его работы «Папа на все руки», «Папины дочки», «Русалка», «Безумный юбилей». В многочисленных театрах столицы и России он ставил Шекспира, Бомарше, Скриба, Островского, Дюрренматта, Шварца…

Трактовка произведения близка к мнению о нем Андрея Кураева: в романе нет героев, лишь антигерои. В первой же сцене не одетая, а, скорее, разодетая в черные кружева Маргарита (звезда телесериалов Екатерина Климова) вырывает из рук Мастера рукопись и седлает его, как гоголевская Панночка. Вспомним, томящаяся от безделья жена «крупного специалиста» с удобствами жила во всех смыслах на два дома.

Лирик и историк, Мастер вызывает симпатию, его образ слабохарактерного фантазера совмещен с Га-Ноцри. Кстати, никакого Христа в романе нет, да и быть не могло. Внук орловского священника и сын профессора истории Киевского университета, Михаил Булгаков, не допустил бы такую вольность, он не любил «колебать мировые струны». В рукописи на одном из листков обнаружена надпись автора: «Помоги, Господи, написать роман».

Банда Воланда — не переодетые арис тократически благородные разбойники, а персонажи «Страшного суда» Иеронима Босха с их издевательскими вывертами, нескромными позами, злой насмешкой. Вампирша Гелла — вылитая официантка привокзального ресторана. Она, как и другие артисты, с блеском и азартом совмещает массу ролей. То Фрида, вся закутанная в пресловутый платок, то беременная от Степы Лиходеева гражданка, тут же произведшая на свет зайца — фантасмагория набирала обороты.

Фееричный Азазелло, он же психиатр, профессор Стравинский, ввергал публику в пароксизмы хохота. Кота Бегемота с атласным бантиком, оказывается, «подарила Воланду Крупская, подобрав беднягу на помойке»! Авторы текста использовали черновики Булгакова.

Малейший намек на пафос был сметен самоиронией. В ответ на сакраментальное «рукописи не горят» Коровьев (Алексей Коряков) откликнулся: «Гениально, Мессир, повторите, мы запишем!»

Авторы вставили, к удовольствию зрителей, реплики про гастрольный город. Воланд: «Вам отрежут голову». Берлиоз: «Кто, таксист-маньяк из Калуги?» Кормя Бегемота с вилочки, Мессир приговаривал: «Калужские сосиски очень вкусные». Телеграмму из «нехорошей квартиры» отсылали с адреса Арены — улица Московская, 212.

Тема «люди гибнут за металл» была усилена: представление в «Варьете» началось с пушкинского «Скупого рыцаря», похмельные симптомы Лиходеева превращались Воландом в золотой дождь.

Зал напряженно ждал, когда же с потолка начнут сыпаться деньги? Режиссер пошел другим путем. Жорж Бенгальский убеждал зрителей сдавать валюту, и кое-кто поддался, даже из ложи зелененькую бумажку сбросили. В конце представления конферансье сказал послушным гражданам спасибо…

Спасибо за воспоминание о магии Булгакова и за то, что зло показано без романтического флера!